.RU

Руководство к первому тому - страница 8


но немедленно понимал, что

5-992 65

это приведет к более глубокому трансовому состоянию.

Когда Хаксли попросили сформулировать свое понимание доступных ему средств, с помощью которых он мог избежать вхождения в более чем “легкий транс”, он высказал утверждение, что он проделывал это установлением данного временного интервала, в течение которого он должен оставаться в легком трансе. Это давало ему эффект большего осознания того, что в любой момент он может “выбраться и охватить внешнюю реальность”, и уменьшения его ощущения субъективного комфорта и легкости. Обсуждение этого факта и повторные эксперименты обнаружили, что тщательно оформленные в слова предложения, служащие для уменьшения доступности внешней реальности и усиления чувства субъективного комфорта, могут служить средством углубления транса, даже если Хаксли полностью осведомлен о том, что было сказано и почему. Такие же результаты были получены и с другими субъектами с высоким уровнем интеллекта.

При экспериментировании с трансами средней глубины Хаксли, как и другие субъекты, с которыми я работал, проявил гораздо большие затруднения в вызывании и обеспечении достаточно постоянного уровня транса. Он обнаружил, что у него есть субъективная потребность пойти глубже в состояние транса и основанная на интеллекте потребность остаться на прежнем уровне. Результат был таков, что он вновь находил себя “выходящим с целью осознания” окружающей действительности, и что это могло инициировать только неглубокий транс. Тогда он мог направить свое внимание на субъективную комфортность и обнаружить себя уже в состоянии входа в глубокий транс.

В конце концов, после повторных экспериментов, ему были даны и постгипнотическое, и непосредственно гипнотическое предложения оставаться в трансе средней глубины. В таком случае он мог делать это без каких-либо особых забот. Он описал состояние “средней глубины транса” как характеризующееся в первую очередь приятнейшим чувством субъективного комфорта и смутным, неясным, несовершенным сознанием существования внешней реальности, для изучения которой он чувствовал потребность в существенной мотивации. Так или иначе, если он пытался проанализировать хотя бы единичный фрагмент реальности на его объективную ценность, транс немедленно становился значительно менее глубоким. С другой стороны, когда он анализировал фрагмент внешней реальности на его субъективную ценность, например, мягкий комфорт подушек кресла в контрасте с внутренним покоем комнаты, транс становился глубже. Но как неглубокие, так и глубокие трансы характеризовались потребностью каким-то образом ощущать внешнюю реальность, не обязательно ясно, но все же с сохранением некоторого различимого состояния ее.

^ Для обоих типов транса были проведены эксперименты с целью обнаружить, какие гипнотические феномены могут быть выявлены и в

66

неглубоком, и в средней глубины трансах. Такой же эксперимент был проделан на других подходящих субъектах и также на субъектах, которые устойчиво осуществляли только неглубокий транс, и с теми. кто устойчиво, как казалось, был неспособен идти дальше, чем средней глубины транс. Во всех таких опытах результаты совпадали, и самым важным, казалось, была потребность неглубоко и до средней степени транса загипнотизированных субъектов оставить хотя бы некоторые зацепки за внешнюю реальность и ориентировать их состояние транса на иное, нежели внешняя реальность, но сохраняя при этом, хотя и весьма тонкую по характеру, ориентацию на нее, ощущая ее доступной для немедленной утилизации субъектом.

Другой вещью, которую Хаксли открыл своими собственными усилиями, без моего руководства, и о которой я был полностью осведомлен при работе с другими субъектами, было то. что феномены глубокого гипноза могут быть отработаны как в неглубоком трансе, так и в трансе средней силы. Хаксли, наблюдая глубокий гипноз, подумал о возможности создания галлюцинаторных явлений в неглубоком трансе. Он попробовал достичь этого использованием собственного удовольствия от своего субъективного состояния физического комфорта и добавлением к нему дополнительного субъективного качества, конкретно - приятного вкусового ощущения. Ему оказалось весьма легко живо галлюцинировать различные вкусовые ощущения, смутно раздумывая, что бы подумал я, если бы знал, чем он занимается. Он не знал об усилении своих глотательных движений, происходящих при этом. От вкусовых ощущений он перешел к обонятельным галлюцинация.”, как приятным, так и неприятным. Он не осознавал, что он выдавал это трепетанием ноздрей. В эти моменты он думал, как он впоследствии объяснял, что он имел “чувство”, что галлюцинация полностью “внутреннего типа процессов”, то есть происходящие внутри самого тела, должны быть проще, чем те, в которых галлюцинация проявила себя как внешняя по отношению к телу. От обонятельных галлюцинаций он прогрессировал к кинестетическим, проприоцептивным, и. наконец, тактильным ощущениям. В опыте переживания кинестетических галлюцинаторных ощущений он галлюцинировал себя совершающим долгую прогулку, оставаясь постоянно при сознании, что я присутствую в какой-то неясно осмысливаемой комнате. На какой-то момент он мог забыть обо мне, и его галлюцинаторное хождение могло стать более живым. Он распознал это как показатель моментального достижения более глубокого трансового состояния, о котором он чувствовал себя обязанным помнить, чтобы сообщить мне о нем во время дискуссии после его пробуждения. Он не знал об изменениях дыхания и пульса во время галлюцинаторной прогулки.

^ Сделав первые попытки визуального и аудиального галлюцинирования, он нашел их гораздо более сложными, и при этом такие усилия имели тенденцию делать менее глубоким или исключать вообще трансовое 5" 67

состояние. В конце концов он заключил, что, если бы он мог

галлюцинировать, представляя ритмические движения своего тела, то он смог бы “привязать” аудиальные галлюцинации к этим галлюцинированным движениям тела. Средство оказалось весьма успешным, и снова он поймал себя на мысли, могу ли я слышать музыку, которую он галлюцинировал. Ритм его дыхания сменился и наблюдались слабые движения его головы. От простой музыки он перешел к галлюцинациям оперного пения и затем, наконец, к бормотанию слов, которые, в конечном счете, казалось, становились моим голосом, спрашивающим его о глубокой рефлексии. Я не мог определить, что происходит.

^ От этого он перешел к визуальным галлюцинациям. Попытка открыть глаза почти пробудила его от трансового состояния. Затем он держал свои глаза закрытыми как в случае легкого транса, так и в состоянии транса средней глубины.

Его первой визуальной галлюцинацией было живое течение его мышления с интенсивным ощущением волнообразно движущихся пастельных тонов меняющихся оттенков. Он соотнес это переживание с его опытами глубокой рефлексии со мной и также с его прежними психоделическими опытами. Он не счел это переживание существенно обоснованным требованиями момента, так как он чувствовал, что лживые воспоминания играли слишком большую роль. Исходя из этого, он умышленно решил визуализировать цветок, когда к нему пришла мысль, что поскольку ощущение движения играло свою роль в аудиальных галлюцинациях, он мог бы использовать сходное средство для создания галлюцинации визуальной. Однажды, восстанавливая свой опыт после пробуждения от транса во время обсуждения его переживаний, он поинтересовался, строил ли я когда-нибудь галлюцинации в моем сознании, комбинируя разные сенсорные поля опыта. Я сказал ему, что это для меня стандартная процедура.

Он работал с визуальной галлюцинацией, “чувствуя” покачивание своей головы из стороны в сторону и вверх-вниз, следуя едва видимому с долей сомнения, ритмически движущемуся объекту. Очень скоро объект стал все более и более различим, пока он не увидел гигантскую розу, наверно, трех футов в диаметре. Этого он не ожидал и таким образом убедился, наконец, что это было не оживленным воспоминанием, но удовлетворительной галлюцинацией. С этим осознанием пришло и осознание того, что он мог очень хорошо дополнять галлюцинацию, добавляя обонятельные галлюцинации интенсивного, “непохожего на запах розы”, одуряюще сладкого аромата. Эта попытка была еще более успешной. После экспериментирования с различными галлюцинациями Хаксли пробудился от своего транса и подробно обсудил, чего он добился. Ему было приятно узнать, что его экспериментальные находки без всяких инструкций или предложений с моей стороны были в хорошем согласии с целенаправленными экспериментальными изысками с другими субъектами.

68

Здесь мы обнаруживаем, что Эриксон представляет один из наиболее прозрачных примеров систематического понимания и использования репрезентативных систем. Хаксли заинтересован определить, может ли он пережить галлюцинаторный феномен и в легком трансе, и в среднем. Сам Хаксли устойчиво ведет себя согласно принципам, упомянутым выше. Во-первых, при нахождении в легком и среднем трансе его начальное поведение остается в значительной мере сознательным - он соответственно использует его наиболее высоко оцениваемую репрезентативную систему, кинестетическую, как ведущую, чтобы помочь себе в создании галлюцинаций в других репрезентативных системах.

...использованием собственного удовольствия от своего субъективного состояния физического комфорта и добавлением к нему...

...дополнительного субъективного качества, конкретно -приятного вкусового ощущения...

...от вкусового ощущения он перешел к обонятельным галлюцинациям...

...от обонятельных галлюцинаций он прогрессировал к кинестетическим, проприоцептивным и, наконец, к тактильным ощущениям.

Далее, Хаксли спонтанно выдвигает метод, который мы формализовали в контексте помощи людям в выработке дополнительных карт или репрезентативных систем для организации их опыта, - конкретно, используя ведущую репрезентативную систему для развития другой репрезентативной системы отысканием точки перекрытия или наложения между обеими.

Мэри Лу, женщина за 40 лет, работала в обучающейся группе терапевтов. В процессе высказывания ее затруднений терапевт заметил, что каждый раз, когда она выражала некий комментарий, который был критичен в адрес ее собственного поведения, голос Мэри Лу (его тональность) менялся. Она буквально говорила на разные голоса. Тогда терапевт попросил Мэри Лу повторить какое-то количество критических замечаний. Когда она сделала это, терапевт попросил ее послушать свой голос. Когда она закончила повторение критических ремарок, терапевт подался вперед и спросил ее, чей голос это был. Она сразу же ответила, что это был голос ее отца. На этом пункте терапевт попросил ее закрыть глаза и услышать тот же голос внутри ее головы. Она оказалась способной сделать это с легкостью. Далее, терапевт проинструктировал ее, в то время, как она слушает голос своего отца, видеть движения его губ, его рта, складывающих слова. Когда она выполнила это, ее попросили увидеть остальную часть отцовского лица. Терапевт продолжал работать с Мэри Лу, используя голос ее отца для руководства ею в конструировании полной визуальной репрезентации, которая сочеталась с голосом, который она продолжала слышать у себя в голове. Когда визуальные и аудиальные

69

репрезентации были скоординированы, терапевт использовал полученный материал как основу для установления правил игры, в которую Мэри Лу трала и с собой, и с отцом. Таким образом, в финале в игру были введены все три репрезентативные системы - аудиальная, визуальная и кинестетическая. Методика установки правил, основанная на использовании сначала аудиальной репрезентативной системы и затем добавления других репрезентативных систем (визуальной и кинестетической) - то есть мета-тактика Ш - позволила Мэри Лу переступать через несколько существовавших ранее жестких блоков ее дальнейшего роста.

Этот опыт с Мэри Лу демонстрирует использование мета-тактики Ш. Терапевт замечает внезапный сдвиг в поведении клиента, используя репрезентативную систему, в которой этот внезапный сдвиг происходит, как основу построения более полной структуры ответа (см. “Структуру Магии” -1, гл. 6). Терапевт находит точку перекрывания между репрезентативной системой, в которой сдвиг имеет место, и репрезентативной системой, которую терапевт выбирает как дополнительную. В этом случае, так как начальная репрезентативная система была аудиальная (а именно, голос другого человека), терапевт заставил клиента сформировать визуальный образ рта, который этот голос производит. Как только часть новой репрезентативной системы привязана к начальной репрезентативной системе, терапевт может работать с клиентом, чтобы полностью развить новую репрезентативную систему. Значение такой мета-тактики - эффективно расширить репрезентации клиента в сфере того опыта, который вызывает у него затруднения. Такая расширенная репрезентация приводит клиента к расширенной модели мира и к большему числу выборов из нее для претворения в жизнь.

Хаксли систематически привлекает мета-тактику Ш для того, чтобы помочь себе в создании галлюцинаций в иных, нежели приоритетная, репрезентативных системах, как показывает описание:

...заключил, что, если бы он мог галлюцинировать, представляя

ритмические движения его тела, то он смог бы “привязать”

аудиальные галлюцинации к этим галлюцинированным движениям

тела...

...поскольку ощущение движения играло свою роль в аудиальных

галлюцинациях, он мог бы использовать сходное средство для

создания галлюцинации визуальной.

Равно замечательна, по нашему мнению, прекрасно развитая способность Эриксона проводить визуальные различения и понимать, по минимальным намекам, переживания, испытываемые Хаксли:

... живо галлюцинировать различные вкусовые ощущения, смутно

раздумывая, что бы думал я, если бы знал, чем он занимается. Он не

знал об усилении своих глотательных движений, происходящих при

этом...

70

...перешел к обонятельным галлюцинациям...он не осознавал, что выдавал это трепетанием ноздрей.

Способность Эриксона идентифицировать и понимать значение деталей движения тела Хаксли не оставляет сомнения в его (Эриксона) ясном понимании мощности применения репрезентативных систем как организующего принципа в человеческом опыте. Как он утверждает,

...он (Хаксли) поинтересовался, строил ли я когда-нибудь галлюцинации в моем сознании, комбинируя разные сенсорные поля опыта. Я сказал ему, что это для меня стандартная процедура.

^ Это обсуждение подняло вопросы об анестезии, амнезии, диссоциации, деперсонализации, регрессии, искажении времени, гипермнезии (предмет, трудный для изучения на Хаксли благодаря его феноменальной памяти) и объяснения прошедших подавленных событий. Из этого списка Хаксли нашел, что анестезия, амнезия, искажение времени и гипермнезия возможны при легком трансе. Другие феномены способствовали развитию глубокого транса, начиная с любого серьезного усилия достичь их.

^ Анестезия, которую он развивал в состоянии неглубокого транса, была наиболее эффективна для избранных частей тела. Когда была сделана ^ попытка достичь анестезии области от шеи вниз, Хаксли обнаружил себя “соскальзывающим” в глубокий транс.

^ Амнезия, как и анестезия, была эффективной в случае избирательности своего характера. Любая попытка получить тотальную амнезию давала результат продвижения к глубокому трансу, при этом достичь искажения времени можно было довольно легко, и Хаксли высказал положение, что он не был уверен, но сильно ощущал, что он долго использовал искажение времени в глубокой рефлексии, несмотря на то, что первое формальное знакомство с этой концепцией исходило от меня.

^ Гипермнезия, настолько трудная для изучения вследствие ее исключительной способности вызывать в памяти события прошлого, по моему предложению, тестировалась обращением к Хаксли в состоянии легкого транса с просьбой сказать сразу после вопроса, на какой странице из разнообразных его книг можно найти определенные параграфы. На первое обращение Хаксли пробудился от легкого транса и объяснил: “Правда, сейчас, Милтон, я не могу сделать этого. Я могу с усилием процитировать большую часть из этих книг, но номер страницы параграфа - это не по правилам”. Тем не менее, он вернулся в неглубокий транс, был дан номер тома, прочитано ему вслух несколько строчек параграфа, и он должен был выдать номер страницы, на которой этот параграф находится. Он проделывал это успешно в более чем 85% случаев поразительно острым образом.

После выхода из состояния легкого транса его проинструктировали оставаться в состоянии включенного сознания и выполнить то же задание. К его безмерному удивлению, он обнаружил, что, тогда как номер страницы

71

“вспыхивал” в его мозгу в состоянии легкого транса, в бодрствующем состоянии ему приходилось следовать механической процедуре мысленного завершения параграфа, начинания нового, затем мысленного возврата к предыдущему и затем к попытке угадать. Будучи ограниченным тем же промежутком времени, которым он располагал в состоянии легкого транса, он проигрывал на каждой стадии. Имея позволение брать интервал времени, какой угодно ему, он мог достичь точности примерно 40%, но книги должны были быть прочитанными более недавно, чем использованные в состоянии легкого транса.

Здесь снова мы обнаруживаем поведение, представляющее паттерн, который был обсужден ранее. В состоянии легкого транса Хаксли имеет доступ к функциям, которые локализованы в не доминантном полушарии:

...номер страницы “вспыхивал” (визуальный предикат) в его мозгу в состоянии легкого транса...

Тем не менее, когда то же задание было опробовано в бодрствующем состоянии или нормальном состоянии работающего сознания, в случае Хаксли, в состоянии с доминирующей кинестетической репрезентативной системой, никакие визуальные образы не были доступны.

...в бодрствующем состоянии ему приходилось следовать механической процедуре мысленного завершения параграфа, начинания нового, затем...

Заметьте, что Хаксли неспособен соотнести с какой-то целостностью свои действия в легком трансе, будучи в бодрствующем состоянии. Задача эта, конечно, - задача визуального воспоминания и функция недоминантного полушария.

Затем Хаксли перешел на то, чтобы продублировать в состоянии среднего транса все то, что он сделал при легком трансе. Он выполнил такие же задания гораздо более легко, но постоянно испытывал чувство “соскальзывания” в глубокий транс.

Хаксли и я обсудили это его гипнотическое поведение в течение весьма значительного промежутка времени, причем Хаксли делал большинство своих замечаний, только если он мог привести свой собственный субъективный опыт в какую-то связь с обсуждавшимися темами. По этой причине обсуждение здесь ограничено.

Затем мы обратились к вопросу глубокого гипноза. Хаксли с легкостью обеспечил глубокий сомнамбулический транс, в котором он был полностью спонтанным образом дезориентирован в пространстве и времени. Он был способен открыть глаза, но описывал свое поле зрения как “стену света”, которая включала меня, кресло, в котором я сидел, его и его кресло. Сразу же он сделал ремарку относительно заслуживающей внимания спонтанной рестрикции его зрения и обнаружил осознание того, что, по какой-то неизвестной ему причине он был обязан “объяснять вещи” мне. 72

Тщательный опрос выявил наличие у него амнезии на счет того, что было сделано ранее, равно как он не имел никакой осведомленности о нашем совместном начинании. Его чувства, что он должен объяснить происходящее, превратились в непреднамеренную готовность, как только он вербализовал это. Одно из его первых высказываний было: “Да, вы знаете, Я не могу понять мою ситуацию, или почему вы здесь, где бы это ни могло быть, но я должен объяснить вам эти вещи”. Он был убежден, что я понимал ситуацию и что я был заинтересован в получении любого объяснения, которое он захотел бы мне дать, и сказал, что я могу задавать ему вопросы самым небрежным образом. Его присутствие здесь было индифферентным, но автору было очевидно, что он пассивно наслаждался погружением в состояние физического комфорта.

^ Он отвечал на вопросы просто и коротко, давая буквально и точно не больше и не меньше того. что представляло собой буквальное значение вопроса. Другими словами, он показал тут же точную буквальность, обнаруженную в других субъектах, возможно, большую вследствие того, что он знал семантику.

^ Его спросили: “Что справа от меня?” Его ответ был просто: “Я не знаю”. “Почему?”. - “Я не посмотрел”. - “Вы сделаете это?” - “Да”. -“Сейчас!” — “Как далеко, вы хотите, чтобы я посмотрел?” Это не было неожиданным вопросом, так как я наблюдал это бесчисленное множество раз. Хаксли просто демонстрировал характерный феномен глубокого сомнамбулического транса, в котором визуальная осведомленность ограничивается в некоторой необъяснимой манере предметами, имеющими отношение к трансовой ситуации. Как Хаксли объяснил позднее, - “Я должен был оглядеться, пока постепенно он (конкретный объект) медленно не вошел в поле зрения, не весь сразу, но медленно, как если бы он материализовался. Я действительно верю, что я без тени удивления принимал абсолютно легко то, что я наблюдал, - материализацию вещей... Я воспринимал ее как должное”. Аналогичные объяснения были получены от сотен субъектов. Еще опыт научил меня важности моего приятия роли чисто пассивного спрашивающего, того, кто задает вопрос только с целью получить ответ, независимо от его содержания. Интонация заинтересованности в смысле ответа, как кажется, индуцирует субъекта отвечать так, как если бы ему дали инструкции, направляющие его на то, какой ответ дать. В терапевтической работе я использовал интонации, чтобы извлекать более адекватные персональные ответы пациентов.

^ С Хаксли я тестировал это, спросив с энтузиазмом: “Что, скажите мне сейчас, это такие, что находится примерно в пятнадцати футах прямо перед вами?” Он ответил, несмотря на предыдущий ответ: “Стол”.

- “Что-нибудь еще?” - “Да”. — “Что еще?” - “Книга”. (Она была ближе к нему, чем ваза). - “Что-нибудь еще?” - “Да”. - “Скажите мне сейчас”. — “Ваза”. - “Что-нибудь еще?” - “Да”. - “Скажите мне сейчас”. — “Пятно”.

- “Что-нибудь еще?” - “Нет”

73

Теперь Хаксли полностью вошел в состояние глубокого транса. Здесь проявляется одно из наиболее интересных отличий в лингвистическом поведении субъектов в глубоком сомнамбулическом трансе, в противоположность любым нормальным состояниям сознания или поведения во время трансовой индукции в легком и среднем состояниях транса. В состояниях сознания, связанных с гипнозом, отличных от глубокого сомнамбулического транса, и в нормальных состояниях сознания, люди отвечают на определенные предложения, сделанные в форме вопроса, как на команды. Например, типичный ответ взрослого англоязычного человека на вопросы, как:

^ Можете ли вы положить свои руки на бедра ?

Ваши руки находятся на бедрах? заключается в том, чтобы реагировать на это как на данную ему команду:

^ Положите ваши руки на бедра! То есть типичный ответ для персоны, на которую эти вопросы направлены, - положить свои руки на бедра. В трансфомационно-лингввистической модели эти феномены известны как разговорные постулаты (см. Лакофф и Гордон, 1973). Существенно, что процесс проходит следующим образом: если я хочу заставить вас произвести какое-то действие, но не хочу прямо приказывать вам сделать это, я могу выбрать любую из пресуппозиций команды, выполнения которой я хочу от вас, и высказать вам эту пресуппозицию в форме вопроса “Да - нет”. (См. “Структуру Магии” - 1, гл. 3, 4 и Приложение В, и также Приложение настоящего тома для представления о формальной записи пресуппозиций). Конкретно, одна из пресуппозиций команды:

^ Положите ваши руки на бедра ! такая:

Вы способны и вы можете положить ваши руки на бедра. Так как это пресуппозиция команды, простым вопросом вам, способны вы или нет сделать это, я передаю вам команду “вежливо” в форме вопроса.


Команда

^ Положите свои руки на бедра!

Команда


Пресуппозиция

Вы можете положить свои руки на бедра

Пресуппозиция по принципу разговорного постулата

^ Можете ли вы положить свои руки на бедра?


Положите свои руки на бедра!




Продолжая дальше развивать лингвистические методики, мы сделали

soveti-otstranennogo-kommersant-20052005-90-str-3-pervij-kanal-novosti-19-05-2005-9-00-00-31.html
soveti-po-meditacii-v-zatvornichestve-stranica-7.html
soveti-po-oformleniyu-rabot.html
soveti-psihologa-shag-za-shagom-po-materialam-vii-mezhvuzovskoj-studencheskoj-olimpiadi-nominaciya-socialnaya.html
soveti-starogo-zeka-majer-vyacheslav-andreevich-nekras-rizhij-cheshezhopica.html
soveti-vipusknikam-kak-podgotovitsya-k-sdache-ekzamenov.html
  • composition.bystrickaya.ru/planiruemie-rezultati-osvoeniya-obuchayushimisya-osnovnoj-obrazovatelnoj-programmi-nachalnogo-obshego-obrazovaniya-mou-sosh-51-stranica-4.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/614990-rossiya-g-perm-shosse-kosmonavtov-111-informaciya-soderzhashayasya-v-nastoyashem-ezhekvartalnom-otchete-podlezhit-raskritiyu-v-sootvetstvii-s-zakonodatelstvom-rossijskoj-federacii-o-cennih-bumagah-stranica-6.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/virazdel-programmi-dlya-doshkolnikov-s-tyazhelimi-narusheniyami-zreniya.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/prikaz-ot-1-iyunya-2007g-90-o-g-tomsk-ob-itogah-oblastnogo-konkursa-metodicheskih-razrabotok-napravlennih-na-razvitie-sovershenstvovanie-obrazovatelnih-praktik.html
  • esse.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-po-literature-10-klass.html
  • education.bystrickaya.ru/4-dohodi-proekta-federalnogo-byudzheta-stranica-2.html
  • studies.bystrickaya.ru/glava-tretya-velichie-saturna-celitelnij-mif-pod-redakciej-roberta-svobodi.html
  • essay.bystrickaya.ru/doklad-madou-detskij-sad-70-kompensiruyushego-vida.html
  • studies.bystrickaya.ru/6-vihod-s-misa-barrou-peshkom-cherez-ledovitij-okean.html
  • testyi.bystrickaya.ru/64-zoni-razmesheniya-poligonov-dlya-tverdih-bitovih-othodov-sobranie-deputatov-napolnovskogo-selskogo-poseleniya.html
  • composition.bystrickaya.ru/pedagogchn-de-mar-montessor-v-suchasnih-doshklnih-zakladah.html
  • doklad.bystrickaya.ru/urok-v-5-klasse-tema-emocionalno-virazitelnaya-rol-imyon-sushestvitelnih-v-rechi.html
  • institut.bystrickaya.ru/uchebnaya-programma-po-discipline-zarubezhnaya-literatura-i-literatura-strani-izuchaemogo-yazika.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/zhurnal-istoricheskie-hroniki.html
  • institut.bystrickaya.ru/taktika-menyaetsya-povest-o-chekiste.html
  • studies.bystrickaya.ru/kommercheskij-kredit-chast-11.html
  • write.bystrickaya.ru/f-engels-dialektika-prirodi-stranica-15.html
  • college.bystrickaya.ru/13soobsheniya-programmi-soobsheniya-programmi-148-glossarij-149-ukazatel-risunkov-150-ukazatel-tablic-152.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/protokoli-kompyuternoj-seti-plan-lekcii-ponyatie-kompyuternoj-seti-evolyuciya-kompyuternih-setej-klassifikaciya.html
  • turn.bystrickaya.ru/otchet-o-nauchno-issledovatelskoj-rabote-provedennoj-po-zakazu-ministerstva-ekonomicheskogo-razvitiya-i-torgovli-rossijskoj-federacii-tema.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/programmi-informatika-v-obrazovanii-informatika-s-metodikoj-prepodavaniya-informatiki.html
  • turn.bystrickaya.ru/otchet-gurevskoj-rajonnoj-detskoj-biblioteki-o-rabote-za-2008-god-nazvanie-cbs-stranica-2.html
  • writing.bystrickaya.ru/kulturologya-yak-nauka.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/konkurs-yurij-hizhnyakov-partizanskij-fonarik-nataliya-knushevickaya-na-zavode-viktoriya-zadvornova-stranica-7.html
  • books.bystrickaya.ru/eksponata.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/otkritoe-obrashenie-sumevshie-ponyat-svoe-prednaznachenie-i-sut-beskonechnosti-stanut-zhit-schastlivo-perevoploshayas.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/programma-proizvodstvennoj-praktiki-17-vii-fond-ocenochnih-sredstv-po-programme-18-i-obshaya-harakteristika-programmi-cel-missiya-programmi-missiej-oop-po-napravleniyu-38-04-02-menedzhment.html
  • tasks.bystrickaya.ru/1-obshaya-harakteristika-ponyatij-socialnaya-gruppa-malaya-gruppa-bolshaya-gruppa.html
  • literature.bystrickaya.ru/ceremoniya-oficialnogo-otkritiya-vistavki-i-hh-konferencii-relejnaya-zashita-i-avtomatika-energosistem-2010.html
  • lecture.bystrickaya.ru/4-tipologiya-obshestvennoj-organizacii-koncepciya-postindustrialnogo-obshestva.html
  • nauka.bystrickaya.ru/urok-masterskaya-tema-vsya-moya-zhizn-roman-s-sobstvennoj-dushoj.html
  • student.bystrickaya.ru/1e-sklonenie-sushestvitelnih.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/polozhenie-ob-obrabotke-personalnih-dannih-chitatelej-municipalnih-bibliotek-g-irkutska.html
  • testyi.bystrickaya.ru/6-vselennaya-glazami-chervyaka-haruki-murakami-ohota-na-ovec.html
  • occupation.bystrickaya.ru/ob-uninii-i-otchayanii-viskazivaniya-i-soveti-podvizhnikov-20-veka.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.