.RU

Сегодня начинается новый этап. Ночью прибыли на ран­чо. Поездка прошла в целом хорошо. Мы с Пачунго - страница 4



1 апреля

Авангард вышел в семь часов с большим запозданием. Не хватает Камбы, который не вернулся из Медвежьего лаге­ря. Там он вместе с Ньято прятал оружие в тайнике. В десять часов прибыл Тума и доложил, что видел со своего наблю­дательного пункта трех или четырех солдат там, где охотни­чьи угодья. Мы изготовились к обороне, и Вальтер сообщил с наблюдательного пункта, что видит вдалеке трех солдат с мулами или ослами, которые что-то перевозят. Я посмот­рел в ту сторону, куда он мне показал, но ничего не увидел. В четыре часа я ушел с наблюдательного пункта, решив, что в любом случае войска едва ли решатся наступать на нас. Но на мой взгляд, Вальтеру просто показалось...

Решил завтра же всех эвакуировать, а также назначить Роландо командиром арьергарда на то время, что Хоакин будет отсутствовать. В девять часов вернулись Ньято и Кам­ба, запрятав все [в Медвежьем лагере], кроме одного ра­циона еды для шестерых человек, которые останутся. Это Хоакин, Алехандро, Моро, Серапио, Эустакио и Поло. Кубин­цы протестовали против того, чтобы остаться. Зарезали вто­рую лошадь, чтобы оставить чарки1 для шестерых. В одиннад­цать часов прибыл Антонио и сообщил, что у него все в порядке. Он принес с собой мешок маиса..

В четыре часа утра вышел Роландо, уводя с собой наш «балласт», в котором четыре слабака (Чинголо, Эусебио, Пако, Пепе). Пепе, правда, попросил, чтобы ему дали оружие, так как решил остаться. Камба пошел с ним.

В пять часов пришел Коко и сказал, что они прирезали ко­рову и ждут нас. Мы договорились встретиться послезавтра в двенадцать часов у ручья, который течет в горах за ранчо.

2 апреля

Потратили весь день на то, чтобы запрятать в тайники невероятно большое количество вещей, запасенных нами. Покончили с этой работой в пять часов. Выставили как все­гда часовых, но день прошел неожиданно для нас спокойно. Даже самолеты над нами не летали. В комментариях по ра­дио говорится о «стягивании петли» войск вокруг нас и о том, что партизаны готовятся к обороне в ущелье Ньянкауасу. Со­общают, что дон Ремберто арестован, а также передают по­дробности о том, как он продал Инти ранчо.

Так как было поздно, мы решили сегодня не уходить, а вы­ступить завтра в три часа утра. Решили пройти напрямик по Ньянкауасу, хотя встреча должна состояться за ущельем. Говорил с Моро и объяснил ему, что не включил его в груп­пу лучших потому, что он проявляет слабость к еде и выводит товарищей из себя своими насмешками. Говорили с ним довольно долго.

Намеченную программу выполнили без помех. Вышли в полчетвертого утра, шли медленно, спрямив дорогу в пол­седьмого, и дошли до ранчо в 8.30. Когда мы проходили мимо места, где нами была устроена засада, видели трупы. От семи убитых остались лишь скелеты, очищенные стервятниками с полной тщательностью. Послал двух человек — Урбано и Ньято — для встречи с Роландо, и во второй половине дня добрались до ущелья Пирабой, где ночевали, насытившись говядиной и маисом.

Говорил с Дантоном и Карлосом, предложив им три вы­хода: остаться с нами, уйти на свой страх и риск или после взятия нами Гутьерреса попытаться выбраться каким-нибудь более удобным способом. Они выбрали третий вариант. За­втра попытаем счастья.

6 апреля

Очень напряженный день. В четыре часа утра переправи­лись через реку Ньянкауасу и остановились, дожидаясь рас­света, чтобы продолжить переход. Затем Мигель вышел на разведку, но два раза возвращался, так как по ошибке сталкивался почти нос к носу с солдатами. В восемь часов Роландо сообщил, что с десяток солдат появились в ущелье, которое мы только что покинули. Мы медленно пошли даль­ше и в одиннадцать уже находились вне опасности. Распо­ложились на холме. Явился Роландо и сказал, что на самом деле около ущелья нас поджидало более ста солдат.

Ночью, когда мы еще не дошли до ручья, услышали го­лоса пастухов, раздававшиеся рядом у реки. Мы перерезали им дорогу и захватили четырех из них вместе с коровами Альгараньяса. Они искали двенадцать затерявшихся коров и имели при себе специальные пропуска, выданные им ар­мией. Некоторые из пастухов уже ушли, и мы не смогли их захватить. Мы оставили себе двух коров и перевели их вброд через реку, уведя к нашему ручью. Среди четырех схвачен­ных нами пастухов один работает у Альгараньяса по кон­тракту, другой — его сын, третий — крестьянин из Чукисака, а четвертый — из Камири. Последний оказался вполне по­кладистым парнем. Мы вручили ему наше коммюнике для журналистов, и он обещал передать его по назначению.

Мы продержали его немного времени и затем отпустили, попросив ничего не говорить о встрече с нами. Он обещал это сделать. Всю ночь ели.

7 апреля

Пошли дальше вдоль ручья, ведя за собой оставшуюся корову, которую сегодня же и прирезали, чтобы приготовить чарки. Роландо устроил засаду на реке и должен был открыть огонь, как только появятся солдаты. Но в течение всего дня там никто не появлялся. Бениньо и Камба пошли вперед по тропе, которой мы должны выйти к Пириренде. Они сооб­щили, что в одном из ущелий, выходящих к нашему ручью, слышали что-то вроде звука мотора на лесопилке.

Послал Урбано и Хулио с запиской для Хоакина, но они так сегодня и не вернулись.

8 апреля

День без новостей. Бениньо вернулся, не успев закончить расчистку тропы. Он сказал, что завтра тоже не сможет до­делать эту работу. Мигель отправился на разведку каньона, который видел сверху Бениньо, но так и не вернулся. Вер­нулись Урбано и Хулио, а с ними пришел Поло. Солдаты на­грянули в лагерь и теперь обшаривают все близлежащие склоны. Они прошли мимо элеватора и спустились в лагерь сверху. Обо всем этом и некоторых других делах Хоакин со­общает в своей записке (Д. XIX).

У нас было три коровы с телятами. Одна из них сегодня сбежала. Осталось четверо животных, из которых одного или двух мы превратили в чарки, использовав соль, которая у нас еще остается.

9 апреля

Поло, Луис и Вилли ушли с заданием вручить записку Хо­акину (больному) и помочь ему и его товарищам перебрать­ся в укромное место выше по ручью, которое сейчас подыс­кивают Ньято и Гевара...

10 апреля

Утро прошло спокойно. Мы готовились оставить ручей, предварительно уничтожив все следы, чтобы он выглядел не­запятнанным. Собирались пойти по обнаруженному Миге­лем ущелью в сторону Пириренды—Гутьерреса. Но в пол­день прибежал запыхавшийся Негро и сообщил, что снизу по реке приближаются пятнадцать солдат. Инти ушел пре­дупредить Роландо, который сидел в засаде. Нам оставалось только ждать, что мы и сделали. Я послал Туму, чтобы он тут же информировал о том, что произойдет. Скоро мы по­лучили первые новости и среди них одну трагическую: Рубио — Хесуе Суарес Гайоль — смертельно ранен. В лагерь его доставили уже мертвым — пуля попала ему в голову.

Дело было так. В засаде было восемь человек из арьергар­да, три человека были посланы на подкрепление из авангар­да. Они расположились по обе стороны реки. Сообщив о при­ближении пятнадцати солдат, Инти подошел к Рубио и сказал ему, что он занял очень плохую позицию, так как его хоро­шо видно со стороны реки. Солдаты шли без особых предо­сторожностей, но рассматривали берега в поисках тропинок. Они нашли одну на них, пошли по ней и наткнулись на Бра­улио и Педро, не успев дойти до засады. Перестрелка про­должалась несколько секунд. Один из солдат был убит, трое ранены и шестеро были взяты в плен. Вскоре в плен был за­хвачен еще один унтер-офицер, а четверо солдат бежали. Рядом с одним из раненых обнаружили Рубио, который уже агонизировал. Его заело, а рядом с ним лежала граната с вырванным предохранителем. Она не взорвалась. Раненого солдата не удалось допросить, так как он был в тя­желом состоянии и скоро умер. Умер также и лейтенант, командовавший подразделением.

Из допроса остальных пленных вырисовывается следую­щая картина: эти пятнадцать человек входили в состав роты, которая находилась в верхней части Ньянкауасу, прошла по ущелью, захоронила скелеты и обнаружила лагерь. Сол­даты говорят, что они там ничего не нашли, хотя по радио сообщают об обнаруженных именно там фотографиях и документах. В роте сто человек. Эти пятнадцать сопро­вождали группу журналистов, которые побывали в нашем лагере, потом они вышли с заданием провести разведку и возвратиться к пяти часам вечера. В Пинкале расположе­ны основные силы армии. В Лагунильясе тридцать солдат. Наши пленные предполагают, что подразделения, которые проходили через Пирабой, теперь ушли в Гутьеррес. Они рассказали о долгих скитаниях отряда солдат, который по­терялся в горах и остался без воды. Их пришлось выручать. Я рассчитал, что сбежавшие солдаты вернутся к своим по­зднее, но решил оставить на месте засаду Роланду, выдви­нув ее вперед на пятьсот метров. Но на этот раз я придал ему всех бойцов авангарда. Сначала я было приказал от­ступать, но потом мне показалось более целесообразным оставить все как есть. Около пяти часов донесли, что к нам приближаются крупные силы армии. Теперь оставалось толь­ко ждать. Послал Помбо, чтобы он сообщал мне о том, что там происходит. Потом мы услышали одиночные выстрелы, которые звучали некоторое время. После этого появился Помбо и сказал, что солдаты вновь попали в засаду, несколь­ко человек убиты и один майор ранен.

На этот раз все произошло таким образом: развернув­шись в цепь, солдаты наступали вдоль реки, не принимая особых предосторожностей. Огонь обрушился на них неожи­данно. Теперь их потери составили семь убитых, пять ране­ных и 22 пленных.

11 апреля

Утром перенесли все трофеи и похоронили Рубио, вырыв для него неглубокую могилу, так как не было подходящих инструментов. Инти с бойцами арьергарда увели пленных. Они должны отпустить их на волю. Кроме того, группа Инти должна была поискать оружие, брошенное нашими против­никами. В результате такого поиска были обнаружены еще два солдата, которых захватили вместе с их «гарандами». Майору вручили два экземпляра коммюнике № 1, которое он обещал передать журналистам. Общее число потерь против­ника: десять убитых, в том числе два лейтенанта; тридцать пленных, среди которых один майор и несколько унтер-офи­церов; остальные — солдаты. Шестеро пленных ранены — один в первой схватке, остальные — во второй.

В основном все эти солдаты принадлежат к четвертой дивизии, которой приданы некоторые смешанные подраз­деления, среди них «рейнджеры», парашютисты-десантни­ки и новобранцы из местных районов, почти дети.

Мы покончили со всеми этими заботами только вечером. Выбрали также место, в котором запрячем все, что меша­ет нашему передвижению. Тайник этот еще не готов. В по­следний момент сбежали две коровы, которых что-то напу­гало. Теперь у нас остался только один теленок.

Рано утром, когда мы только пришли в новый лагерь, столкнулись с Хоакином и Алехандро, спускавшимися на­встречу нам со своими людьми. Выяснилось, что солдаты, которых якобы видел Эустакио, просто привиделись ему. Переход Хоакина, Алехандро и других на новое место ока­зался напрасной тратой сил.

По радио передали о «новом кровопролитном столкнове­нии» и сообщили о девяти убитых со стороны армии и четы­рех наших убитых, что «точно установлено». Какой-то чилий­ский журналист подробно рассказывает у микрофона о нашем лагере, в котором обнаружено мое фото. На нем я снят с труб­кой в зубах и без бороды. Следовало бы расследовать, кто сделал этот снимок. Пока еще ничто не доказывает, что верх­ний тайник обнаружен, хотя, по ряду признаков, это также не исключается.

12 апреля

В полседьмого утра собрал всех бойцов (кроме четверки подонков), чтобы почтить память Рубио и подчеркнуть, что первая пролитая нами кровь — кубинская кровь. Это необхо­димо было сделать, так как среди бойцов авангарда просле­живается тенденция пренебрежительно относиться к кубин­цам. Это проявилось вчера, когда Камба заявил, что он все меньше доверяет кубинцам. Его слова были вызваны инци­дентом, который у него произошел с Рикардо. Я вновь при­звал к единению, как единственной возможности увеличивать наше войско, которое усилило свою огневую мощь и уже за­каляется в боях, но не только не растет, а наоборот, в по­следние дни сокращается.

Затем, спрятав наши боевые трофеи в тайнике, который приготовил Ньято, мы в два часа дня выступили. Но шли очень медленно, настолько медленно, что на ночлег пришлось оста­новиться около источника, расположенного совсем рядом с нашим вчерашним лагерем.

Сейчас армия уже признает, что ее потери составили одиннадцать человек. Видимо, они нашли еще одного уби­того, или же кто-то из раненых скончался. Начал проводить беседы о книге Дебре2.

Расшифровали часть послания, но оно, кажется, не пред­ставляет особого интереса.

13 апреля

Разделили наш отряд на две группы, чтобы иметь воз­можность быстрее передвигаться. Несмотря на это, пере­двигались медленно, дойдя до лагеря только в четыре ча­са, причем отставшие пришли туда в полседьмого. Мигель пришел туда в первой половине дня и установил, что наши землянки и тайники не обнаружены. Скамейки, кухня, печь, запасы зерна не тронуты.

Анисето и Рауль ушли на разведку. Но она ничего не дала, и завтра придется повторить разведку, причем разведчики должны дойти до реки Икира.

Североамериканцы объявили о посылке в Боливию сво­их военных советников, но заявили при этом, что речь идет о выполнении давно разработанной программы, которая ни­чего общего с нынешним партизанским движением не име­ет. Не исключено, что мы присутствуем при первом эпизо­де образования нового Вьетнама.

14 апреля

Ничем не примечательный день. Принесли некоторые продукты из убежища, в котором укрывались больные, и те­перь нам хватит еды на пять дней. Из верхнего тайника из­влекли банки со сгущенкой и обнаружили, что там недостает 23-х штук. Трудно объяснить этот факт, так как Моро оставил там 46 банок, и, судя по всему, никто не имел даже физи­ческой возможности забрать их оттуда. Сгущенка стала од­ним из факторов, разлагающих наших бойцов. Из специаль­ной землянки достали миномет и пулемет, чтобы укрепить наши позиции, ослабленные тем, что Хоакин еще не подо­шел. Пока план будущих операций для меня не совсем ясен. Но думаю, что наиболее подходящим вариантом будет уход из этой зоны, проведение нескольких операций в районе Муйупампы, а затем медленное передвижение на север. Если это окажется возможным, Дантон и Карлос останутся и затем направятся в сторону Сукре или Кочабамбы, в зависимости от обстоятельств. Написали коммюнике № 2 (Д. XXI), обра­щенное к боливийскому народу, и отчет № 4 для Манилы, который должен унести с собой Француз.

15 апреля

Прибыл Хоакин со всем арьергардом. Решили выступить завтра. Хоакин сообщил, что самолеты летают над зоной, а горы обстреливают из пушек. День прошел спокойно. Усили­ли вооружение группы, передав 30-миллиметровый пулемет арьергарду, которым командует Маркос, взявший в помощ­ники подонков.

Вечером я предупредил о предстоящем нам долгом пере­ходе и сообщил о случае со сгущенкой, сделав самое серьез­ное предупреждение.

В общих чертах расшифровано длинное послание с Кубы. Лечин знает о моем присутствии здесь и опубликует заявле­ние в нашу поддержку, а через двадцать дней нелегально вернется в Боливию.

Написали небольшое письмо Фиделю (№ 4), сообщая ему о последних событиях. Оно зашифровано и написано сим­патическими чернилами.

16 апреля

Авангард выступил в 6.15, а мы — ровно через час после него. Сделали хороший переход до реки Икири, но Таня и Алехандро отстали. Когда мы замерили у них температу­ру, оказалось, что у Тани 39 с лишним, а у Алехандро 38. Это помешало нам совершить намеченный на сегодня пе­реход. Мы оставили их двоих, а еще Негро и Серапио кило­метром выше (если идти по реке) и продолжили путь до ху­тора, который Называют Белья Виста. Там встретили четырех крестьян, которые продали нам картофель, одну свинью и маис. Они очень бедны, но запуганы нашим появлением здесь. Ночь провели за приготовлением еды и ужином. С мес­та не двигались, ожидая наступления дня, чтобы незамет­но для армии пройти через Тикучу.

17 апреля

В течение дня мы получали противоречивые сообщения и соответственно этому меняли свои решения. По словам крестьян, мы лишь потеряем время, если пойдем на Тикучу. Они утверждают, что до Муйупампы (Вака Гусман) имеется прямая и более короткая дорога, в конце которой ходят ма­шины. После долгих колебаний с моей стороны мы приня­ли решение передвигаться напрямик на Муйупампу. Велел четырем подонкам оставаться с Хоакином. Хоакину я велел провести небольшую боевую операцию в окрестностях, чтобы отвлечь внимание от основной группы и затем ожи­дать нас в течение трех дней. Остальное время он должен оставаться в зоне, но избегать фронтальных боев и дожи­даться нашего возвращения. Ночью мы узнали, что один из детей крестьянина пропал и, возможно, ушел, чтобы со­общить армии о нашем присутствии здесь. Все же мы реши­ли придерживаться намеченного нами плана, чтобы наконец попробовать дать возможность уйти Французу и Карлосу. К группе подонков присоединился Мойсес. Он не может идти с нами, потому что у него колики.

Мы находимся в следующем месте. Вот схема [нарисо­вана схема]. Если мы будем возвращаться прежней доро­гой, то рискуем столкнуться с армейскими частями, которые расквартированы в Лагунильясе, или же с какой-нибудь ча­стью, идущей из Тикучи. Ведь солдаты в курсе того, где мы находимся. И все же нам придется поступить именно так, поскольку в противном случае мы потеряем связь с арьер­гардом.

Мы выступили в десять часов вечера и шли с перерыва­ми до полпятого утра, после чего немного поспали. Прошли километров десять. Из всех крестьян, которых мы встречали, лишь один — Симон — согласился помочь нам, но явно был испуган. Другой, Видес, может быть опасным для нас. Он «богач» этой местности. Надо учесть также, что сын Карлоса Родаса исчез и, может быть, он доносчик (хотя, возмож­но, под давлением Видеса, которого из-за его богатства и влияния все крестьяне здесь слушаются).

18 апреля

Шли, не останавливаясь, до утра. Затем немного подрема­ли и здорово замерзли. Утром авангард вышел на разведку и нашел хижину гуарани3, которые дали нам мало информа­ции. Часовые наши задержали всадника. Он оказался сыном Карлоса Родаса (но вторым). Ехал он в Якундай. Мы задержа­ли его. Продвигались медленно и в три часа вышли к Матагалю, где расположен дом А. Падильи — бедного брата дру­гого крестьянина, живущего в лиге отсюда, мимо которого мы недавно прошли. Крестьянин наш был охвачен ужасом и всячески старался выпроводить нас, но, в довершение всех бед, пошел дождь и нам пришлось укрыться в его доме.

19 апреля

Провели весь день на том месте, где остановились нака­нуне, перехватывая крестьян, проезжавших через место скрещения дорог в обоих направлениях. В час дня часовые принесли совершенно нам ненужный «подарок» — англий­ского журналиста Рота, который шел по нашим следам, со­провождаемый детьми из Лагунильяса, ставшими его про­водниками. Документы его были в порядке, но внушали сомнение. В паспорте, в графе профессии слово «студент" было перечеркнуто и заменено на «журналист» (на самом же деле, по его словам, он фоторепортер). Кроме того, у него пуэрто-риканская виза, и он признал затем, что преподавал в Пуэрто-Рико испанский язык. Он рассказал, что был в на­шем лагере, где ему показали дневник, в котором Браулио рассказывает о своих приключениях и переездах4. Обычная история. Кажется, главной побудительной причиной дейст­вий наших людей стали недисциплинированность и безот­ветственность. Из рассказов ребятишек, которые показывали путь журналисту, мы узнали, что в ту же ночь, как мы при­были в этот район, об этом стало известно в Лагунильясе. Кто-то сообщил о нас армии. Мы нажали на сына Родаса, и он признался, что вместе с братом и еще одним батраком Видеса ходил в Лагунильяс, чтобы получить обещанную на­граду, которая колеблется между 500 и 1000 долларов. Мы наказали его, конфисковав у него лошадь, и сообщили об этой репрессивной мере другим задержанным крестьянам.

Француз предложил поставить перед англичанином вопрос о том, что, если тот хочет доказать свое доброе к нам распо­ложение, он может помочь ему выбраться отсюда. Карлос, скрепя сердце, согласился с этим вариантом, а я умыл руки. В девять часов вечера мы дошли до [неразборчиво в днев­нике] и продолжили переход в сторону Муйупампы. Там, по словам крестьян, все спокойно. Англичанин согласился с предложением Француза, переданным им Инти, а также изъявил согласие передать по назначению наше послание, которое я быстро подготовил. Без четверти двенадцать, по­жав руки покидающим нас товарищам, мы продолжили путь к городку, который намеревались захватить. Со мной остались Помбо, Тума и Урбано. Холод сильно давал себя знать. Мы развели костер. В час ночи прибыл Ньято и сооб­щил, что в городке объявлена тревога — там появились двадцать солдат и образованы отряды самозащиты. Один из таких отрядов, вооруженный двумя винтовками «М-3» и двумя револьверами, столкнулся с нашим авангардом и тут же сдался без боя. Наши попросили дальнейших ука­заний, и я велел им отступить, так как было уже поздно. Что касается английского журналиста, Француза и Карлоса, то я сказал, что они сами должны принять то решение, которое они сочтут наиболее подходящим. В четыре часа утра мы пус­тились в обратный путь, так и не выполнив поставленную перед собой задачу. Но Карлос решил остаться, и Француз последовал его примеру, однако на этот раз с явной неохотой.

20 апреля

Около семи часов пришли в дом Немесио Карабальо, ко­торого мы видели еще ночью. Он тогда предлагал нам вы­пить кофе. Теперь он куда-то ушел, оставив дом с несколь­кими перепуганными слугами открытым. Прямо в доме мы устроили обед, купив у батраков маиса, хокос и сапальос5. Примерно в час прибыл грузовик под белым флагом. На нем приехали помощник префекта Муйупампы, врач и священ­ник городка. Инти поговорил с ними. Они прибыли с мирны­ми предложениями, призывая к миру между боливийцами, который они предлагали заключить при их посредничестве. Инти обещал им не трогать Муйупампы, но с условием, что они до полседьмого обеспечат нас товарами по нашему специальному списку. Они не обещали сделать это, сказав, что в городке расположены подразделения армии, и заяви­ли, что эти товары могут быть доставлены только к шести часам утра. Инти не согласился.

В знак доброй воли они привезли нам две пачки сигарет и сообщили, что трое наших схвачены в Муйупампе. У двух из них дела плохи, так как у них обнаружены поддельные документы. Это явная неприятность для Карлоса. Что каса­ется Дантона, то с ним все должно обойтись.

В полшестого над нами появились три самолета «АТ-6» и начали бомбить домик, в котором мы готовили еду. Одна из бомб упала в пятнадцати метрах от дома, и Роландо лег­ко ранило осколком. Таким был ответ армии. Нужно подго­товить хорошие воззвания, чтобы полностью деморализо­вать солдат, которые, по словам парламентеров, гадят под себя от страха.

Выступили в полдвенадцатого ночи, ведя двух лошадей — ту, что была конфискована, и ту, на которой к нам приехал журналист. Шли в направлении Тикучи, в полвторого оста­новились на ночлег.

21 апреля

Сегодня прошли немного. Дошли до дома Росы Карраско, которая хорошо нас приняла и продала все, что нам было необходимо. Ночью мы дошли до перекрестка на шоссе Муйупампа—Монтеагудо, до местечка Таперильяс. Думали разбить лагерь около источника и выбрать место для заса­ды. Для этого имеется дополнительная причина: по радио мы услышали, что убито три «наемника» — один француз, один англичанин и один аргентинец. Надо уточнить эту но­вость и, если она подтвердится, дать армии особый урок.

Перед ужином зашли к ветерану Родасу, который был отчимом Варгаса, погибшего в Ньянкауасу [видимо, речь идет о боливийце Карлосе, утонувшем во время тренировочного марша]. Мы объяснили ему обстоятельства гибели его па­сынка, и это как будто его успокоило. Авангард не понял как следует полученные им указания и направился дальше по до­роге, всполошив псов, которые долго и громко лаяли.

22 апреля

С утра начались ошибки. Роландо, Мигель и Антонио по­шли на разведку, чтобы выбрать место для засады. Тем вре­менем мы отступили в горы. Разведчики захватили человека, приехавшего на пикапе, принадлежащем ИПФБ [Боливий­ская государственная нефтяная компания — Ясимьентос петролиферос фискалес боливианос]. Он рассматривал остав­ленные нами следы и беседовал с крестьянином, который как раз говорил ему о нашем появлении здесь минувшей ночью. Наши захватили их обоих. Это нарушило наши планы. И все же было решено устроить на весь день засаду и оста­навливать все грузовики с грузами, которые будут проходить мимо по дороге, а также напасть на солдат, если они появят­ся. Остановили грузовик с некоторыми товарами и большим грузом бананов, а также задержали многих крестьян. Но не­которых из них наши отпустили, в том числе и некоторых из тех, кто исследовал наши следы, а также упустили несколько гру­зовичков государственной-нефтяной компании. Обед, который мы решили на этот раз устроить с хлебом, все время при­шлось откладывать, хотя мы ожидали его с вожделением.

Я намеревался загрузить один из грузовиков, принадле­жащих компании, продуктами и направить авангард до пе­рекрестка с дорогой из Тикучи, расположенного в четырех километрах. К вечеру над нашими позициями стал кружить самолет. Лай псов в близлежащих домах стал более на­стойчивым. В восемь часов мы собрались уходить, хотя все свидетельствовало о том, что противник установил наше местонахождение. Но в этот момент вспыхнул бой, который длился недолго. Затем послышались голоса, требовавшие, чтобы мы сдались. Для нас нападение было совершенно неожиданным, и я не имел представления о том, что про­исходит. К счастью, наши пожитки и кое-какие товары уже были погружены на грузовик. Вскоре мы восстановили по­рядок. Не хватало только Лоро. Но, судя по всему, с ним ни­чего особенного не произошло, так как бой принял Рикар­до. Он увидел проводника с солдатами, когда тот огибал холм у дороги. Возможно, он ранил или убил проводника.

Мы выехали на грузовике и прихватили с собой всех наших лошадей, которых теперь стало шесть. Наконец все наши люди оказались в кузове, исключая бойцов авангарда, ко­торые передвигались верхом. В полчетвертого мы очути­лись в Тикуче, а в полседьмого — на постоялом дворе, при­надлежащем местному священнику. До этого мы, правда, завязли в какой-то яме.

Итоги боя отрицательны для нас. Он показал нашу не­дисциплинированность и нечеткость наших действий. Потеря­ли одного человека, хотя, надеемся, временно6. Лишились большого количества товаров, за которые уже уплатили. И, на­конец, я выронил пачку долларов, которые хранил в сумке Помбо. Я уж не говорю о том, что на нас неожиданно напал и заставил отступить отряд, который наверняка по численно­сти был небольшим. Придется еще много поработать, чтобы наш отряд превратился в боевую силу, хотя сейчас мораль­ный дух бойцов высок.

23 апреля

Объявлен день отдыха. В течение дня не было никаких новостей. В полдень самолет «АТ-6» совершил несколько кругов над нашей зоной. Мы усилили сторожевые посты, но все обошлось благополучно. Вечером были даны указа­ния на завтра. Бениньо и Анисето пойдут на поиски Хоаки­на. На это им дается четыре дня. Коко и Камба разведают тропу в сторону Рио-Гранде и расчистят ее, чтобы по ней мож­но было пройти. На это им также дано четыре дня. Мы будем оставаться здесь, у маисового поля, в ожидании подхода подразделений армий и до того момента, когда к нам присо­единится Хоакин. Он получил указание прийти сюда со всеми товарищами и оставить там только тех больных, которые входят в группу подонков.

До сих пор ничего не известно о Дантоне, Пеладо и англий­ском журналисте. Объявлена цензура печати, но сообщили о новом столкновении с партизанами, в ходе которого яко­бы были взяты в плен три-пять наших бойцов.

24 апреля

Разведчики ушли. Мы расположились километром выше по ручью на небольшом холме. Оттуда просматриваются все окрестности вплоть до последнего крестьянского дома. Крестьянин заявился к нам опять и проявил явное любо­пытство. Вечером один «АТ-6» обстрелял из пулеметов до­мик. Пачо куда-то таинственным образом исчез. До этого он почувствовал себя плохо и отстал. Антонио показал ему дорогу, по которой Пачо должен был добраться за пять ча­сов до нашего места. Но он так и не вернулся. Завтра пош­лем людей на поиски.

25 апреля

Очень плохой день. Часов в десять утра с наблюдатель­ного пункта пришел Помбо и сообщил, что тридцать солдат наступают на домик. Антонио остался на пункте. Пока мы готовились к бою, он пришел и сказал, что на самом деле продвигаются шестьдесят солдат, и они продолжают насту­пать. Наблюдательный пункт явно не справлялся со своей задачей заранее предупреждать об опасности. Мы решили устроить импровизированную засаду на дороге, ведущей к нашему лагерю. Впопыхах вырыли неглубокую траншею вдоль ручья, из которой просматривалась полоса в пятьде­сят метров. Я расположился там с Урбано и Мигелем, воору­женный автоматической винтовкой. Врач, Артуро и Рауль расположились на позициях справа, чтобы не дать против­нику возможности бежать или продвинуться по этому краю. Роландо, Помбо, Антонио, Рикардо, Хулио, Паблито, Дарио, Вилли, Луис, Леон заняли боковые позиции на другой сто­роне ручья, чтобы открыть огонь по солдатам с фланга. Ин­ти остался у русла ручья, чтобы стрелять по тем, кто попы­тается скрыться в этом месте. Ньято и Эустакио были посланы вперед для наблюдения с приказанием вернуться, как только огонь будет открыт. Чино оставался у нас в тылу, охраняя лагерь. Мои и без того скудные войска, к сожале­нию, были ослаблены отсутствием трех человек: Пачо, ко­торый потерялся, и Тумы с Луисом, ушедшими на поиски.

Вскоре появился авангард противника, который, к наше­му удивлению, состоял из трех немецких овчарок с проводни­ком. Собаки нервничали, но, как мне кажется, нас не обна­ружили. Тем не менее они продолжали двигаться вперед, и я выстрелил по первой из них, но промахнулся. Когда я хотел выстрелить по проводнику, мою винтовку «М-1» заело. Ми­гель убил вторую собаку, я это видел, но не был уверен. Больше в сферу нашего огня никто не вошел. С фланга на­ступающих солдат началась непрерывная стрельба. Когда наступил перерыв в стрельбе, я велел Урбано передать всем мой приказ об отходе. Но он вернулся с сообщением о том, что Роландо ранен. Вскоре его перенесли к нам уже обес­кровленного. Он умер, когда мы начали делать ему перелива­ние крови. Он изошел кровью прежде, чем мы смогли оказать ему помощь. Мы потеряли лучшего бойца партизанского от­ряда и одного из его столпов, моего товарища с тех времен, когда он, еще подросток, был посыльным четвертой колон­ны [Сьерра-Маэстра на Кубе]. Он участвовал вместе со мной в рейде по Кубе и теперь стал моим товарищем по этому революционному предприятию. О смерти его в этой мрачной обстановке можно сказать, если только в будущем эти слова кто-то сможет прочитать: «Ты был маленьким смелым солда­том. Но после смерти ты стал великим и вечным, как сталь».

Концом операции стал медленный наш отход, в ходе ко­торого нам удалось унести все наши вещи и труп Роландо (Сан-Луиса). Пачо присоединился к нам позже. Он заблу­дился, но встретился с Коко и потратил всю ночь на возвра­щение. В три часа мы похоронили убитого, покрыв его тон­ким слоем земли. В четыре часа вернулись Бениньо и Анисето, сообщив, что они попали в засаду,— а вернее, это было случайное столкновение. Во время стычки с солдата­ми они потеряли свои рюкзаки, но выбрались целыми и не­вредимыми. Это произошло в тот момент, когда, по расче­там Бениньо, им оставалось пройти совсем немного до Ньянкауасу. Сейчас оба естественных выхода отсюда блокированы, и нам придется уходить через горы, так как идти через Рио-Гранде нет смысла. Для этого есть две при­чины: во-первых, это естественный проход, а во-вторых, мы удалимся от Хоакина, от которого не имеем никаких ново­стей. Ночью мы вышли к перекрестку двух дорог — вдоль Ньянкауасу и вдоль Рио-Гранде. Здесь мы переночевали и подождали Коко и Камбу, чтобы собрать всех бойцов. Итог операции абсолютно отрицательный. Погиб Роландо. Но дело не только в этом. Потери, которые понесла армия, в лучшем случае составляют два человека и одну овчарку. Это объясняется тем, что местность была нами плохо изу­чена и наспех подготовлена, стрелки не видели противника. Наконец, наружное наблюдение было очень плохим, что по­мешало нам заранее подготовиться к бою.

Около домика священника два раза опускался армейский вертолет. Может быть, они забирали какого-нибудь своего ра­неного. Авиация бомбила наши старые позиции. Это говорит о том, что армия не стала продвигаться дальше.

26 апреля

Мы прошли совсем немного, и я послал Мигеля разыскать Коко, а Камбу — подыскать место для стоянки. Пока решили дожидаться Коко и Камбу. Но в полдень они оба объявились...

27 апреля

...Мы прошли через места, где много деревьев с кислыми апельсинами. Места эти на карте обозначены как Масико. Урбано и Бениньо продолжили расчистку тропы и приготови­ли нам дорогу еще на час. Ночью было очень холодно.

Боливийские радиостанции передают армейские коммю­нике, в которых сообщается, что убит вольнонаемный про­водник, инструктор служебных собак, а также овчарка Мол­ния. С нашей стороны, по их утверждениям, имеется двое убитых: один кубинец по кличке Рубио, как они предполага­ют, и один боливиец. Сообщают также, что Дантон находит­ся в заключении вблизи от Камири. Это наверняка означает, что остальные двое также живы и находятся вместе с ним.

28 апреля

Медленно продвигались до трех часов...

29 апреля

Опять разведывали ущелья, которые заметили накануне. Но это ничего нам не дало. Там, где мы сейчас находимся, не видно боковых расщелин. Коко показалось, что он видел поперечный каньон, но он не стал его осматривать. Завтра попытаем счастья все вместе.

С большим запозданием расшифровано послание № 35, в котором меня, в частности, просят поставить свою подпись под воззванием солидарности с Вьетнамом. Первая подпись Бертрана Рассела.

30 апреля

Начали восхождение по склону. То, что показалось нам каньоном, скоро окончилось тупиком. Но вдоль стенки шел карниз, по которому нам удалось подняться. Ночь застала нас близко от вершины, и мы заночевали там, не особенно, впро­чем, пострадав от холода.

Гаванское радио передает сообщения чилийских журнали­стов о том, что партизанское движение в Боливии обрело силу, создающую серьезное положение в городах. Недавно партизаны, как утверждает Гавана, захватили два военных грузовика, доверху наполненных продуктами. Журнал «Сьемпре» добился от Баррьентоса интервью. Тот, помимо других вещей, признал, что в стране действуют военные советники янки и что партизанское движение возникло в результате социальных условий в Боливии.

^ АНАЛИЗ МЕСЯЦА

Дела идут более или менее нормально, хотя нам пришлось оплакать гибель двух наших бойцов: Рубио и Роландо. Поте­ря последнего была особенно суровым ударом для нас, так как я собирался поставить его во главе второго фронта [само­стоятельного района партизанских действий]. Мы провели еще четыре боя. Все они в целом дали хорошие результаты, а один из них даже очень хорошие — это та засада, в ходе которой погиб Рубио.

С другой стороны, мы по-прежнему полностью изолиро­ваны. Болезни подорвали здоровье некоторых товарищей, за­ставили разделить наши силы, что лишило нас многих воз­можностей. Мы все еще не установили контакта с группой Хоакина. Поддержки от крестьян не получаем, хотя кажет­ся, что при помощи преднамеренного террора нам удалось нейтрализовать среди них наиболее враждебно настроенных к нам. Со временем они поддержат нас. К нам не примкнул ни один человек, и, кроме двух убитых, мы потеряли также Лоро, исчезнувшего после боя в Таперильясе.

По поводу стратегии армии можно сделать следующие выводы: а) захват ею ключевых пунктов до сих пор не дал полного результата, и, хотя это стесняет нас, все же не меша­ет нам передвигаться, так как армия мало мобильна и явно слаба; кроме того, после последней засады против солдат с овчарками можно ожидать, что армия будет остерегаться входить в горы; б) пропагандистская кампания продолжает­ся, но теперь с обеих сторон, и после опубликования в Гава­не моей статьи7 едва ли у кого есть сомнения в том, что я на­хожусь здесь.

Можно смело утверждать, что североамериканцы реши­тельно вмешаются в боливийские дела. Они уже посылают вертолеты и, кажется, «зеленые береты», хотя мы их сами пока не видели; в) армия — по крайней мере одна или две ее роты,— стала действовать лучше: захватила нас врас­плох в Таперильясе и не потеряла присутствия духа в Месоне; г) мобилизация крестьян армией мало что дает, исключая разведывательную работу, которая нам несколько мешает. Но донесения крестьян недостаточно быстры и эффектив­ны. Со временем нам удастся покончить с этим явлением.

Статус Чино изменился. Теперь он будет нашим бойцом до образования второго или третьего фронта. Дантон и Кар­лос стали жертвами собственной спешки, почти отчаянного желания выбраться, а также моего недостаточного сопро­тивления их планам. Таким образом, прерывается связь с Кубой (Дантон), и мы потеряли разработанную нами схе­му борьбы в Аргентине (Карлос).

В итоге: это был месяц, в течение которого все развива­лось в пределах нормы, принимая во внимание случайности, неизбежные в ходе партизанской войны. Моральный дух всех тех бойцов, что успешно прошли предварительный экзамен на звание партизана, на высоте.


1 Вяленое мясо, высушенное на солнце,

2 Книга Режи Дебре «Революция в революции?», изданная мас­совым тиражом на Кубе. В этой книге развивается идея о том, что единственной формой борьбы в Латинской Америке должно стать партизанское движение по примеру того, что победило в 1959 году на Кубе, что такое движение должно развиваться группами энтузи­астов в сельских районах, ибо борьба в городах, где промышлен­ный пролетариат «обуржуазился», не приведет к успеху, что пар­тийная организация не нужна, ибо в ходе развития партизанских «очагов» будут складываться новые политические организации.

3 Гуарани — индейские племена, живущие в центральной части Южной Америки.

4 В этом дневнике Браулио писал о том, как он 20 ноября 1967 года выехал из Гаваны и через Москву, Прагу, Буэнос-Айрес прибыл в Ла-Пас. Дневник вел также Врач. Его записи тоже попали в руки армии.

5 ^ Хокос и сапальос — тыквы с твердой и мягкой коркой.

6 Лоро так и не присоединился к отряду.

7 Речь идет о статье «Создать один, два, три, много Вьетнамов...».


referat-rinok-cennih-bumag.html
referat-rol-rukovoditelya-kluba-rotari-i-stili-rukovodstva.html
referat-rossiya-nato.html
referat-russkaya-arhitektura.html
referat-s-elementami-issledovaniya.html
referat-safyanova-evgeniya.html
  • spur.bystrickaya.ru/kriminologicheskij-analiz-latentnoj-prestupnosti.html
  • essay.bystrickaya.ru/dinamika-uchastiya-i-pobed-uchashihsya-shkoli-v-olimpiadah-i-konkursah-municipalnoe-obsheobrazovatelnoe-uchrezhdenie.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-4-gendernie-aspekti-professionalnoj-deyatelnosti-i-obshie-differencialno-psihologicheskie-aspekti-professionalnoj.html
  • universitet.bystrickaya.ru/tema-13-upravlenie-finansovimi-rezultatami-deyatelnosti-predpriyatij-1-sushnost-i-funkcii-deneg-denezhnoe-obrashenie.html
  • turn.bystrickaya.ru/organizaciya-kaznachejskoj-sistemi-ispolneniya-byudzheta-chast-9.html
  • studies.bystrickaya.ru/as-pushkin-20-chas-rabochaya-programma-po-literature-5-9-klassi.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/nekotorie-priemi-kniga-adresovana-vsem-zanimayushimsya-prodazhami-ot-menedzherov-visshego-zvena-do-torgovih-agentov-i-prodavcov.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/metodicheskie-rekomendacii-po-vipolneniyu-referatov-po-discipline-municipalnaya-sluzhba-i-kadrovaya-politika.html
  • lecture.bystrickaya.ru/99942-apophis-2004-mn4-approach-to-the-earth-in-2029-sankt-peterburgskij-nauchnij-centr-vserossijskaya-konferenciya.html
  • universitet.bystrickaya.ru/sroki-ispolzovaniya-razlichnih-form-kontrolya-znanij-primer-rabochaya-programma-po-uchebnoj-discipline-finansi-i.html
  • thescience.bystrickaya.ru/iv-chrezvichajnie-dohodi-i-rashodi-ezhekvartalnijotche-t-emitenta-emissionnih-cennih-bumag-za-ii-kvartal-2003-g.html
  • bukva.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-modulya-po-discipline-patologicheskaya-anatomiya.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/lavuaze-antuan-loran.html
  • literature.bystrickaya.ru/chast-vtoraya-otkrovenie-dushi-viktor-yurevich-kuvshinov.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rabochej-programmi-uchebnoj-disciplini-standartizaciya-i-sertifikaciya-v-industrii-turizma-uroven-osnovnoj-obrazovatelnoj-programmi.html
  • report.bystrickaya.ru/klassifikator-vidov-deyatelnosti-stranica-5.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-dvenadcat-dzh-edvard-griffin-mir-bez-raka-istoriya-vitamina-v17-preduprezhdenie-cel-etoj-knigi-sostoit-v.html
  • pisat.bystrickaya.ru/spravochnik-ob-uchrezhdeniyah-nachalnogo-i-srednego-professionalnogo-obrazovaniya-g-kalugi.html
  • spur.bystrickaya.ru/materiali-po-obosnovaniyu-shemi-territorialnogo-planirovaniya-stranica-4.html
  • nauka.bystrickaya.ru/vi-narechie-das-adverb-uchebnoe-posobie-otvetstvennij-redaktor-kandidat-filologicheskih-nauk-o-f-mironova-moskva-yurist.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/problema-iskusstvennogo-intellekta.html
  • education.bystrickaya.ru/11-proverka-prakticheskih-navikov-dispetchera-3-lista-rukovodstvo-po-professionalnoj-podgotovke-personala-obsluzhivaniya.html
  • studies.bystrickaya.ru/finansovij-rinok-5.html
  • pisat.bystrickaya.ru/spravochnik-rabot-i-professij-rabochih-etks-vipusk-46-razdel-shvejnoe-proizvodstvo.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-1-kniga-na-sajte.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/b-postanovleniya-russkogo-zakonodatelstva-nachala-russkogo-gosudarstvennogo-prava.html
  • shkola.bystrickaya.ru/sofi-kinsella-shopogolik-i-bebi-stranica-7.html
  • control.bystrickaya.ru/doklad-o-polozhenii-detej-v-omskoj-oblasti-v-2011-godu.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-dlya-studentov-specialnosti-080109-vseh-form-obucheniya-sostavitel-z-d-morozova-stranica-6.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/pravil-a-razrabotki-gosudarstvennogo-doklada-o-polozhenii-detej-i-semej-imeyushih-detej-v-rossijskoj-federacii.html
  • bukva.bystrickaya.ru/tehnologiya-montazha-truboprovodov-iz-cvetnih-metallov-i-ih-splavov.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-xiv-zemelnij-nalog-statya-nalogovoe-zakonodatelstvo-azerbajdzhanskoj-respubliki-nalogovoe-zakonodatelstvo.html
  • uchit.bystrickaya.ru/tematicheskie-raboti-godovoj-otchet-oao-yakutskgeofizika-za-2010-god.html
  • thesis.bystrickaya.ru/postanovlenie-ot-10-sentyabrya-2009-g-n-720-ob-utverzhdenii-tehnicheskogo-reglamenta-o-bezopasnosti-kolesnih-transportnih-sredstv-v-red-postanovleniya-pravitelstva-rf-ot-10-09-2010-n-706-stranica-24.html
  • pisat.bystrickaya.ru/struktura-dzhainskoi-obshini-obichai-kak-uzhe-ukazivalos-vsya-dzhajnskaya-obshina-razdelilas-na-dve-bolshie-sekti-digambarov-i-shvetambarov.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.